Новости онкологии

07.12.2016

Частота объективного ответа при терапии биосимиляром трастузумаба равнозначна таковой при назначении трастузумаба

(результаты рандомизированного клинического исследования 3 фазы, проведенного у больных метастатическим HER2-позитивным раком молочной железы)

Появление таргетных препаратов, в частности, моноклональных антител, способствовало значительному расширению терапевтических возможностей и, как следствие, увеличению продолжительности жизни больных злокачественными новообразованиями [1, 2]. Тем не менее, во многих странах доступ к ним является ограниченным [3-5]. Одним из вариантов по решению данного вопроса может быть создание высококачественных альтернатив оригинальным препаратам. Ими стали биосимиляры (биоаналоги), производство которых активно развивается и поддерживается органами здравоохранения [6].

Трастузумаб в комбинации с химиотерапевтическими препаратами способствует значительному увеличению частоты объективного ответа (ЧОО), выживаемости без прогрессирования (ВБП) и общей выживаемости (ОВ) больных метастатическим HER2-позитивным раком молочной железы (РМЖ), а также продолжительности жизни больных ранним HER2-позитивным РМЖ [7-9]. Более того, в сравнении с терапией только цитостатиками данная комбинация способствует значительному увеличению продолжительности жизни больных метастатическим HER2-позитивным раком желудка [10]. Эффективность и безопасность терапии биосимиляром трастузумаба уже ранее изучалась [11]. Совсем недавно стали известны результаты клинического исследования 3 фазы (Heritage Study), целью которого было сравнение эффективности и безопасности терапии комбинацией таксана с биосимиляром трастузумаба или трастузумабом у больных метастатическим HER2-позитивным РМЖ [12].

В этом многоцентровом двойном слепом исследовании, проведенном с декабря 2012 г. по август 2015 г., приняли участие 500 больных метастатическим HER2-позитивным РМЖ, ранее не лечившихся по поводу распространенного процесса. В первой части исследования все пациентки были рандомизированы в соотношении 1:1 на 2 группы, одна из которых (n=230) получала терапию биосимиляром с таксаном, а вторая (n=228) – трастузумаб с таксаном (8 курсов, 24 недели). В случае достижения как минимум стабилизации заболевания больные переходили во вторую часть исследования, где они продолжали получать терапию биосимиляром/трастузумабом до прогрессирования заболевания, развития признаков непереносимой токсичности или регистрации летального исхода. Трастузумаб (Герцептин, Roche Pharma AG) или его биосимиляр (MYL-1401O, Mylan) назначался внутривенно каждые 3 недели в стандартных дозах и режиме. Выбор таксана (доцетаксел или паклитаксел) оставался на усмотрение исследователя. Препараты также назначались в стандартных дозах и режиме. Оценка эффективности лечения проводилась каждые 6 недель. Основным критерием эффективности была ЧОО на 24 неделе лечения. Помимо этого оценивали время до прогрессирования заболевания, ВБП и ОВ на 48 неделе, а также профиль безопасности терапии. Окончательные результаты по второй части исследования будут представлены в последующих публикациях.

В общей сложности эффективность лечения была проанализирована у 458 больных, безопасность оценена у 493 пациенток. Характеристики участниц исследования в сравниваемых группах были сопоставимы между собой. Показатель ЧОО в группе больных, получавших биосимиляр, составил 69,6% (95% ДИ 63,62-75,51%), тогда как в группе, получавшей трастузумаб, – 64,0% (95% ДИ 57,81-70,26%). Статистически значимой разницы на 48 неделе терапии между группами, получавшими биосимиляр и трастузумаб, выявлено не было. Так, время до прогрессирования заболевания составило 41,3% и 43,0% соответственно (95% ДИ 11,1-6,9%), ВБП – 44,3% и 44,7% соответственно (95% ДИ 9,4-8,7%) и ОВ – 89,1% и 85,1% соответственно (95% ДИ 2,1-10,3%). У 239 (98,6%) пациенток, получавших биосимиляр, и 233 (94,7%) участниц, находившихся на терапии трастузумабом, развилось как минимум 1 нежелательное явление. Среди них чаще всего встречались нейтропения (57,5% и 53,3% соответственно), периферическая нейропатия (23,1% и 24,8% соответственно) и диарея (20,6% и 20,7% соответственно).

Таким образом, на основании полученных результатов исследователи пришли к выводу о том, что у больных метастатическим HER2-позитивным РМЖ, получавших биосимиляр трастузумаба с таксанами, показатель ЧОО на 24 неделе терапии был равнозначен таковому в аналогичной группе больных, получавших трастузумаб с таксанами. Возможно, что в недалеком будущем биосимиляр станет потенциальной терапевтической альтернативой оригинальному препарату. Тем не менее, авторы работы считают, что, несмотря на положительные результаты, необходимо проведение дальнейших исследований с целью их подтверждения.

Литература:

  1. Sharkey RM, Goldenberg DM. Targeted therapy of cancer: new prospects for antibodies and immunoconjugates. CA Cancer J Clin. 2006; 56(4): 226-243.
  2. Bellati F, Napoletano C, Gasparri ML, et al. Monoclonal antibodies in gynecological cancer: a critical point of view. Clin Dev Immunol. 2011; 2011: 890758.
  3. Baer Ii WH, Maini A, Jacobs I. Barriers to the access and use of rituximab in patients with non-Hodgkin’s lymphoma and chronic lymphocytic leukemia: a physician survey. Pharmaceuticals (Basel). 2014; 7(5): 530-544.
  4. Lammers P, Criscitiello C, Curigliano G, et al. Barriers to the use of trastuzumab for HER2+ breast cancer and the potential impact of biosimilars: a physician survey in the United States and emerging markets. Pharmaceuticals (Basel). 2014; 7(9): 943-953.
  5. McCamish M, Woollett G. Worldwide experience with biosimilar development. MAbs. 2011; 3(2): 209-217.
  6. Rugo HS, Linton KM, Cervi P, et al. A clinician’s guide to biosimilars in oncology. CancerTreatRev. 2016; 46: 73-79.
  7. Perez EA, Romond EH, Suman VJ, et al. Trastuzumab plus adjuvant chemotherapy for human epidermal growth factor receptor 2-positive breast cancer: planned joint analysis of overall survival from NSABP B-31 and NCCTG N9831. JClinOncol. 2014; 32(33): 3744-3752.
  8. Piccart-Gebhart MJ, Procter M, Leyland-Jones B, et al; Herceptin Adjuvant (HERA) Trial Study Team. Trastuzumab after adjuvant chemotherapy in HER2-positive breast cancer. N Engl J Med. 2005; 353(16): 1659-1672.
  9. Slamon D, Eiermann W, Robert N, et al; Breast Cancer International Research Group. Adjuvant trastuzumab in HER2-positive breast cancer. N Engl J Med. 2011; 365(14): 1273-1283.
  10. Bang YJ, Van Cutsem E, Feyereislova A, et al; ToGA Trial Investigators. Trastuzumab in combination with chemotherapy versus chemotherapy alone for treatment of HER2-positive advanced gastric or gastro-oesophageal junction cancer (ToGA): a phase 3, open-label, randomised controlled trial [published correction appears in Lancet. 2010; 376(9749): 1302]. Lancet. 2010; 376(9742): 687-697.
  11. Mylan Inc. Internal reports including results from Study MYL-Her-1001 and MYL-Her-1002. Presented at: Pharmacology 2015 Meeting of the British Pharmacological Society; December 15-17, 2015; London, England.
  12. Rugo HS; Barve A; Waller CF, et al. Effect of a proposed trastuzumab biosimilar compared with trastuzumab on overall response rate in patients with ERBB2 (HER2) positive metastatic breast cancer: a randomized clinical trial. JAMA. Published online December 1, 2016. doi:10.1001/jama.2016.18305.