Новости онкологии

26.05.2014

Исследование PEAK: сравнение эффективности панитумумаба и бевацизумаба при проведении химиотерапии первой линии FOLFOX-6 у больных метастатическим колоректальным раком с диким типом гена K-RAS

Тюляндин Сергей Алексеевич Тюляндин Сергей Алексеевич
Заслуженный деятель науки РФ, главный научный сотрудник
ФГБУ «НМИЦ онкологии им. Н.Н. Блохина» Минздрава России,
председатель Российского общества клинической онкологии (RUSSCO),
профессор, доктор медицинских наук,
Москва


Больным метастатическим колоректальным раком показано проведение химиотерапии первой линии. Чаще всего выбор падает на оксалиплатин-содержащую комбинацию FOLFOX-6. Для повышения эффективности химиотерапии используется совместное назначение с химиотерапией моноклональных антител. Моноклональные антитела к рецептору эпидермального фактора роста (EGFR) эрбитукс или вектибикс эффективны при отсутствии мутации в гене K-RAS. У этой же группы больных может быть использован бевацизкмаб, моноклональное антитело к фактору роста эндотелия сосудов (VEGF), эффект которого не зависит от мутации в гене K-RAS. Исследование PEAK ставило целью сравнить эффективность комбинации FOLFOX-6 в сочетании с эрбитуксом или бевацизумабом в качестве первой линии системной терапии у больных метастатическим колоректальным раком.

В рандомизированное исследование включали больных с подтвержденным морфологически диагнозом метастатического колоректального рака, ранее не получавших химиотерапию и с отсутствием мутации гена К-RAS во 2 экзоне. Больным проводили каждые 2 недели лечение комбинацией FOLFOX-6 либо с бевацизумабом в дозе 5 мг/кг, либо с панитумумабом в дозе 6 мг/кг до прогрессирования заболевания или непереносимой токсичности. Основным критерием эффективности была медиана времени до прогрессирования, вторичными критериями – частота объективного эффекта, общая продолжительность жизни и токсичность.

В процессе проведения исследования появились сведения, что моноклональные антитела к EGFR неэффективны при более редких мутациях гена К-RAS (3 и 4 экзоны) и гена N-RAS (2 и 3 экзоны). Поэтому был проведен дополнительные анализ эффективности в зависимости от наличия данных редких мутаций.

В исследование было включено 285 больных с диким типом мутации K-RAS во втором экзоне. У 250 больных удалось провести анализ на наличие более редких мутаций, которые были обнаружены у 51 (23%) пациентов. Характеристика больных была одинакова в группах бевацизумаба и эрбитукса. Медиана времени до прогрессирования статистически не отличалась в обеих группах и составила 10,1 мес. и 10,9 мес. соответственно (HR=0,87, p=0.335). Если из анализа исключить 51 больного с редкими мyтациями генов K-RAS и N-RAS, то разница в медиане времени до прогрессирования достигает статистической разницы в пользу панитумумаба в сравнении с бевацизумабом (13 мес. и 9,5 мес. соответственно, HR=0,65, p=0,029). Частота объективного эффекта была одинаковой и составила 58% в группе панитумумаба и 53,5% в группе бевацизумаба. Медиана общей продолжительности жизни составила 34,2 мес. и 26,6 мес. соответственно (HR=0,62, p=0,009). Пpи исключении из анализа больных с редкими мутациями медиана общей продолжительности жизни достигла 41,3 мес. в группе панитумумаба в сравнении с 28,9 мес. в группе бевацизумаба (HR=0,63, p=0,058). В группе с редкими мутациями медиана продолжительности жизни составила 27 мес. и 16,6 мес. соответственно (HR=0,41, p=0,02). Анализ последующей системной терапии показал, что частота выполнения химиотерапии второй линии, назначения моноклональных антител к EGFR или VEGF не могли быть причиной различия в продолжительности жизни между двумя группами.

Частота серьезной токсичности была примерно одинакова; 91% и 83% больных в группе панитумумаба и бевацизумаба соответственно испытали токсичность 3-4 степени, в группе панитумумаба чаще наблюдали кожную токсичность и гипомагнезиэмию, в группе бевацизумаба – повышение артериального давления. Летальный исход на фоне лечения отмечен у 5% и 6% больных соответственно. Основной причиной прекращения лечения было прогрессирование заболевания, 24% и 27% в группе панитумумаба и бевацизумаба соответственно прекратили лечение в связи с токсичностью.

Исследование PEAK является первым рандомизированным исследованием, сравнивавшим эффективность анти-EGFR и анти-VEGF моноклональных антител при проведении химиотерапии первой линии больным с метастатическим колоректальным раком с диким типом гена K-RAS. В исследовании была зафиксирована одинаковая медиана времени до прогрессирования и частота объективного эффекта между лечебными группами. При этом медиана общей продолжительности жизни была достоверной большей в группе панитумумаба. Возможно, отсутствие разницы во времени до прогрессирования можно объяснить отсутствием эффекта панитумумаба в группе больных с редкими мутациями гена K-RAS и N-RAS. При их исключении из анализа медиана времени до прогрессирования становится достоверно большей в группе панитумумаба. Следует отметить, что медиана общей продолжительности жизни в группе панитумумаба достигла 34,2 мес., что значительно больше ранее опубликованных результатов по применению комбинации FOLFOX-6 и моноклональных антител к EGFR. При исключении больных с редкими мутациями медиана продолжительности жизни в группе панитумамуба составила 41,3 мес. – наилучшая среди опубликованных в литературе результатов у больных метастатическим раком. Результаты исследования PEAK демонстрируют преимущество назначение анти-EGFR моноклональных антител в сравнении с бевацизумабом при добавлении к химиотерапии первой линии FOLFOX-6 у больных метастатическим колоректальным раком и отсутствием мутаций в генах K-RAS и N-RAS.

Ключевые слова: колоректальный рак, панитумумаб, бевацизумаб, моноклональные антитела, дикий тип гена K-RAS.

Литература

  1. Schwartzberg L.S., Rivera F., Karthaus M. et al. PEAK: a randomized, multicenter phase II study of panitumumab plus modified fluorouracil, leucovorin, and oxaliplatin (mFOLFOX6) or bevacizumab plus mFOLFOX6 in patients with previously untreated, unresectable, wild-type KRAS exon 2 metastatic colorectal cancer J. Clin. Oncol. 2014 Published Ahead of Print on March 31, 2014.